Адвокат может пользоваться диктофоном на очной ставке

Адвокатский диктофон приравняли к ручке и бумаге при фиксации следственных действий

Совет Адвокатской палаты Москвы отказался привлекать к ответственности адвоката, которого обвинили в нарушении Кодекса профессиональной этики в связи с записью на диктофоне очной ставки его подзащитного.

В соответствии с материалами дисциплинарного производства, Главное управление Министерства юстиции по Москве обратилось с представлением относительно адвоката Б. Утверждалось, что адвокат неоднократно, в том числе 7 апреля, 28 июня и 30 июня 2018 года, записывал аудиозаписи следственных действий, проводимых им с его подзащитным, несмотря на возражения следователя.

По мнению заявителя, такие действия адвоката нарушали нормы Кодекса профессиональной этики адвоката, в частности статью 4, пункт 2 статьи 8 и часть 1 статьи 12. В представлении указывалось, что согласно части 6 статьи 164 и части 4 статьи 189 Уголовно-процессуального кодекса РФ, необходимость и порядок применения технических средств при проведении следственных действий определяются следователем. Таким образом, решение о возможности использования технических средств принимается следователем.

Совет Адвокатской палаты Москвы отказался привлекать адвоката к дисциплинарной ответственности, ссылаясь на то, что решение о применении технических средств при проведении следственных действий действительно принимается следователем. Таким образом, адвокатское сообщество признало, что в данном случае адвокат действовал в соответствии с действующим законодательством и не нарушил профессиональную этику.

Квалификационная комиссия Адвокатской палаты Москвы считает, что доводы, представленные адвокатом и основанные на толковании уголовно-процессуального закона, неверны. Комиссия считает, что упомянутые нормы Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (УПК РФ) регулируют полномочия и действия следователя в ходе проведения следственных действий, а не полномочия адвоката, которые определены другими нормами уголовно-процессуального законодательства.

Полномочия адвоката включают в себя конституционную гарантию защиты прав и свобод каждого гражданина, а также возможность использования всех законных средств для защиты интересов своего клиента. Эти полномочия не ограничены и включают в себя право на ознакомление с материалами уголовного дела, а также применение технических средств, если это не запрещено законом.

Совет Адвокатской палаты Москвы также обратил внимание на то, что участники уголовного судопроизводства могут применять технические средства в различных процессуальных ситуациях, и следователь не имеет полномочий предоставлять разрешения или согласия на их использование. Стороны в уголовном процессе могут самостоятельно определять необходимость их применения, и следователь не имеет в этом отношении регулирующих полномочий.

Следовательно, решение комиссии подчеркивает, что адвокат в данном случае не нарушил профессиональную этику, так как действовал в соответствии с законом и своими профессиональными обязанностями.

К каким выводам пришли

Совет Адвокатской палаты Москвы пришел к выводу о необоснованности дисциплинарных обвинений в отношении адвоката Б. в связи с его использованием технических средств при проведении следственных действий. Этот вывод обоснован следующими аргументами:

1. Уголовно-процессуальное законодательство России, в частности, ч. 6 ст. 164 Уголовно-процессуального кодекса РФ, устанавливает порядок применения технических средств следователем, а не адвокатом. Таким образом, регулирование использования технических средств при проведении следственных действий лежит в компетенции следователя, а не защитника.
2. Уголовно-процессуальное законодательство не запрещает адвокатам использовать технические средства при проведении следственных действий, так как оно не предусматривает соответствующих ограничений.
3. Использование технических средств адвокатом может способствовать более объективной фиксации хода и результатов следственных действий, позволить адвокату детальнее изучать материалы уголовного дела и эффективнее защищать интересы своего клиента.
4. Применение адвокатом технических средств также может служить средством самозащиты от возможных необоснованных обвинений в его адрес.

Совет также не подтвердил обвинения в адрес адвоката в повторной постановке вопросов допрашиваемым лицам. В данном контексте настойчивость адвоката рассматривается как выполнение им своего профессионального долга и не свидетельствует о каких-либо незаконных или неэтичных действиях.

Таким образом, Совет Адвокатской палаты Москвы пришел к выводу о том, что адвокат Б. не нарушил нормы профессиональной этики, а его действия были оправданы в рамках закона и его профессиональных обязанностей.

В итоге дисциплинарное производство было прекращено из-за отсутствия в действиях адвоката нарушений норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре, включая Кодекс профессиональной этики адвоката.

• Новости законодательства